главная  А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Э  Ю  Я 

МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ

Рассмотрены: основные религиозные термины, религиозные учения и течения, религиозные культы, история религии,
религиозная структура, функции религии, влияние религии на культуру, религия и экономика, политика и религия

МАГИЯ 
МАНИХЕЙСТВО 
МАНТИКА, гадание, прорицание 
МАРИОЛОГИЯ 
МАСОНСТВО, франкмасонство 
МАХАБХАРАТА 
МАХАЯНА 
МЕДИТАЦИЯ 
МЕЖДУНАРОДНОЕ ОБЩЕСТВО СОЗНАНИЯ КРИШНЫ 
МЕННОНИТЫ 
МЕНОРА 
МЕССА 
МЕССИАНИЗМ, мессианство 
МЕТАМПСИХОЗ, метемпсихоз 
МЕТОДИЗМ 
МЕЧЕТЬ 
МИЛОСЕРДИЕ РЕЛИГИОЗНОЕ 
МИНАРЕТ 
МИРО 
МИРОВЫЕ РЕЛИГИИ 
МИРОПОМАЗАНИЕ 
МИСТИКА 
МИТРАИЗМ 
МИТРОПОЛИТ 
МИФОЛОГИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ 
МОДЕРНИЗМ РЕЛИГИОЗНЫЙ 
МОИСЕЙ 
МОЛИТВА 
МОЛОКАНЕ 
МОНАСТЫРЬ 
МОНАШЕСТВО 
МОНОТЕИЗМ 
МОНОФЕЛИТСТВО 
МОНОФИЗИТСТВО 
МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ 
МОРАЛЬ РЕЛИГИОЗНАЯ 
МОРМОНЫ 
«МОСКВА — ТРЕТИЙ РИМ» 
МОЩИ 
МУЛЛА 
МУФТИЙ 
МУХАММАД, Мухаммед, Магомет, Мамед, Махмет 
МУЧЕНИКИ 
МУЭДЗИН 
МЮРИДИЗМ 

 

МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ — мораль представляет собой систему правил, понятий и чувств, регулирующих отношения людей между собой и их отношения к обществу.

Их реализацию в поведении людей именуют нравственностью.

Религия и мораль — близкие, взаимосвязанные сферы культуры. Сходство религии и морали наиболее заметно в их духовных проявлениях.

Однако церковь несравненно сильнее воздействовала на нравственность общества, нежели мораль на религиозный культ и внутрицерковную практику.

В каждой религии, в каждом вероисповедании в большей или меньшей степени присутствует морально-духовное начало.

Религия определяет не только отношения человека с Богом и церковью, но в той или иной мере регламентирует отношения людей между собой как в лоне церкви, так и за ее пределами.

Бог воплощает в себе те нравственные требования, которым обязан следовать его приверженец.

Философ и психолог В. Франкл именует Бога «персонализированной совестью». В силу этого моральное начало уже присутствует в самой идее Бога и неотделимо от «минимума» религии.

В политеистических верованиях одни божества выступают как воплощение доброты, другие — злобы.

В монотеистических религиях Бог непременно наделен высшими моральными качествами.

Моральное начало особенно ярко выражено в мировых религиях — причем в буддизме до такой степени, что некоторые специалисты считают его не религией, а моральной системой. Вероучение этой религии исходит из идеи о том, что всякое бытие, любая жизнь во всех ее проявлениях и формах есть зло, несущее страдания всему сущему.

Буддийский «путь спасения» заключается не столько в культовой деятельности, сколько в моральной — терпеливом перенесении страданий, отказе от желаний, чувств, следовании нравственным принципам «Панчашилы» (пять заповедей: отказ от убийства любого живого существа, отказ от воровства, от лжи, соблюдение супружеской верности, отказ от употребления алкоголя).

Моральное начало в исламе пронизывает идею единого Бога — Аллаха, Творца и Владыки мира, всесильного и мудрого существа.

Вместе с тем Бог ислама - воплощение добра. Все суры Корана (кроме девятой) начинаются со слов:

«Во имя Аллаха милостивого и милосердного».

Упования на милость и милосердие Бога лежат в основе исламского вероучения.

Это свойственно и шариату — своду мусульманских культовых, правовых и нравственных установлений.

Однако именно в христианстве идея Бога наиболее морально конкретизирована.

Вездесущий, всемогущий, всеведущий Бог одновременно и всеблагой, всемилостивый.

В ипостаси Бога Отца Он выступает в роли заботливого защитника, покровителя, хранителя. В ипостаси Бога Сына Он приемлет на Себя грехи людей и отдает Себя в жертву за них.

Лаконичная формула «Бог есть любовь» (1 Ин. 4, 8, 16) особенно выразительно передает моральную суть этой мировой религии.

Если религия обязательно включает в себя моральное начало, то и в морали многое скрыто в неосознаваемом, в бессознательном и подсознательном.

Здесь вера (доверие) также выступает в качестве важнейшего устоя.

Мир морали подобен своеобразному храму, где благоговейно чтимы нравственные святыни. Многие из них имеют общечеловеческий характер — таковы материнская любовь, супружеская верность, трудолюбие, гостеприимство, уважение к старикам и др.

Как и в религии, эти святыни обычно свободны от рассудочного отношения и расчета. Любовь и дружба, например, требуют, казалось бы, неразумного самоотвержения.

Не только богословы, но и многие исследователи этики полагают, что мораль и нравственность порождены религией и неотделимы от нее. При этом нередко приводят высказывание великого мыслителя И. Канта о божественной природе присущего человеку «категорического императива» — властного внутреннего повеления следовать моральным требованиям.

Еще чаще ссылаются на древнейшие тексты священных книг различных религий, насыщенных моральными поучениями, и на то, что сама идея Бога и загробного воздаяния глубоко воздействует на поведение личности и ее нравственные устои.

Однако следует учитывать, что моральные понятия и чувства — это в значительной степени результат воздействия социального окружения на личность и ее образ жизни.

Психологи констатируют, что ребенок, случайно попавший к животным и ими вскормленный, даже оказавшись потом среди людей, так и не обретает человеческих качеств — прямохождения, сознания, членораздельной речи, разумной регуляции поведения. Ему также неведомы моральные представления и переживания.

Идея Бога выводит верующего из рутины повседневности, заставляет подавить в себе низменные побуждения и ведет к идеалу добра и справедливости, ставит перед лицом Всемогущего, от которого не сокрыто ничто потаенное.

Страх загробного наказания за явные и сокрытые прегрешения — важный психологический фактор восприятия мира религиозным человеком.

Моральные поучения в священных книгах являются ценнейшими свидетельствами древнейшей культуры. Так, возраст сложившихся в иудаизме и уже насыщенных моральными поучениями первых разделов Библии составляет более 3000 лет.

«Веды» и другие священные книги оказали огромное воздействие на последующее развитие культуры. Они служат и важнейшими источниками данных о морали начала цивилизации.

Однако обширные этнографические материалы о жизни и нравах народов в Африке, Америке, Океании и Австралии свидетельствуют, что у них существовали неписаные обычаи и нравы, необходимые для совместного проживания, согласованной трудовой деятельности и воспитания детей.

В той или иной степени эти народы стихийно придерживались (по отношению к сородичам) заповедей «не убей», «не укради», «не лжесвидетельствуй». Племена, воспринявшие парный брак, почитали отца и мать, осуждали прелюбодеяние.

Сама реальность совместной жизни и деятельности диктовала им эти общечеловеческие нормы морали.

Довод о церкви как об институте нравственности, способствующем функционированию морали, — сильный довод, однако следует учитывать, что мораль опирается не только на могущество церкви, но и на силу общественного мнения, авторитет старшего поколения, традиции и обычаи.

Мораль может существовать и без религиозной санкции.

В секуляризованном обществе, где культура выходит из-под церковного контроля, мораль принимает Вполне светский характер и функционирует вне института церкви.

Мораль не институционализирована, она не имеет особых учреждений, специально обеспечивающих ее реализацию в жизни общества, организующих контроль за реализацией ее правил и норм.

Поэтому церковь (в древних обществах — жречество) принимает на себя роль такого учреждения и тем самым оказывает заметное влияние на мораль и нравы.

В этом убеждает история всех цивилизованных стран. Служители религии оберегали сложившиеся в практической жизни общества нравственные установления, проповедовали их.

Назидания пастве, духовный надзор за соблюдением заповедей, а нередко и личный пример благочестивых подвижников религии способствовали поддержанию моральных норм, хотя не всегда и не каждый служитель религии являлся нравственным идеалом.

Тем не менее, и поныне моральные нормы воспринимаются верующими как повеления Бога, что придает им особую авторитетность.

Религиозный человек видит в этих нормах не только бытовую целесообразность и социальный смысл, но и нечто священное, сакральное. Преступать эти нормы недопустимо как по земным, так и по религиозным законам.

Мораль для верующего обычно сливается с религией.

Светский исследователь не выводит мораль из религии; он утверждает: истоки морали — в земных отношениях, в производственной и семейно-бытовой практике человека.

Неубедительным светскому исследователю представляется и тезис о неотделимости морали от религии. Исторический опыт свидетельствует, что в государствах, где церковь обладала едва ли не абсолютной властью, моральные пороки не исчезали.

Добрые дела и подвижничество возможны как по религиозным, так и по светским мотивам.

Резкий подъем религиозности с начала 90-х гг. XX в. в России не привел к снижению аморализма и преступности.

В то же время степень влияния религии на моральное сознание весьма значительна.

Хотя в моральных предписаниях разных конфессий существуют известные расхождения, но в этих предписаниях очень много общего, что позволяет говорить о наличии религиозной морали как особой системы правил и норм, освящаемых церковью и контролируемых ею.

Легко заметить, что на переднем плане в этой системе норм поведения находятся собственно религиозные предписания.

Так, в Десятисловии Моисея на первом месте стоят заповеди, определяющие отношение человека к Богу.

В соответствии с этим нарушения культовых норм в системе религиозной морали считаются особенно греховными и наказуемыми.

Неверие в Бога, в истинность догматов и канонов занимает первое место в предназначенном для исповеди перечне прегрешений. При этом в перечне осуждаемых церковью грехов находятся и основные пороки, бичуемые светской моралью, а среди добродетелей — ценности общечеловеческого характера.

Среди возвышаемых религией ценностей — верность и незлобивость, терпимость и трудолюбие, сорадование и независтливость.

Вера, надежда и любовь в христианском понимании взаимно подкрепляют друг друга.

И все же в религиозном и светском представлении о морали не все совпадает, поэтому церковное понятие «грех» и светское «порок» не идентичны. Ядро религиозной морали — учение о греховности.

Из повествования об Адаме и Еве следует, что роковым образом греховное начало передается от родителей к детям. Потому человек уже от рождения — падшее существо, которого сильнее влечет к дурному, нежели к доброму.

Здесь подмечен очень важный и парадоксальный момент в нравственной природе человека.

Еще апостол Павел сокрушался по поводу податливости человека к дурному и связывал это с «плотским» началом. «Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху. Ибо не понимаю, что делаю; потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти? Благодарю Бога (моего) Иисусом Христом, Господом нашим. Итак, тот же самый я умом (моим) служу закону Божию, а плотию закону греха» (Рим. 7:14-20, 24-25).

Действительно, порочные соблазны нередко привлекательней и доступней добродетельных устремлений. В морали чувства (страсти) довлеют над разумом.

Психологи констатируют, что в структуре чувств негативные эмоции числом и силой превосходят эмоции положительные, поэтому у многих людей эгоистичные мотивы преобладают над альтруистическими.

Таковы земные аспекты этого морального парадокса. В религии он представлен как проклятие, Божье наказание за прегрешение прародителей.

Идея греховности тесно сопряжена с религиозной идеей спасения.

Спасение выступает как конечная цель религиозных усилий человека и высшее дарение со стороны Бога.

В христианской морали решительно бичуются сексуальные извращения, блудодеяние, распущенность. «Хорошо человеку не касаться женщины», — говорит апостол Павел (1 Кор. 7:1).

Так, христианство возводит девственность в идеал. Согласно Апокалипсису, перед престолом Божьим предстанут 144 тысячи праведников, «которые не осквернились с женами, ибо они девственники» (14, 4).

Брак в христианстве является таинством, нуждающимся в особом благословении небес, поскольку половое влечение воспринимается как начало, привязывающее к земному и тем самым отвлекающее от небесной цели. Любовь к женщине может затмить любовь к Богу.

Правда, в религиях древности встречается своеобразное освящение сексуального влечения (и даже поклонение половым символам), но эта сакрализация высшего чувственного наслаждения была лишена личностной привязанности — достаточно ознакомиться с «Камасутрой», любовным трактатом индуизма. Индивидуальная половая любовь — продукт более поздней цивилизации. Отсюда логично религиозное оправдание социального и семейного неравенства женщины, недопущение ее к священству и те бытовые ограничения, которые отражены в ряде благочестивых назиданий (напр., в «Домострое»).

Иногда религиозная мораль содержит осуждение и отчуждение иноверца и неверующего.

В исламе эта тенденция выражена в идее джихада — священной войны против «неверных». Правда, умеренные течения ислама толкуют джихад как ревностность в вере, не допускающую насилия и убийств.

Распространение мировых религий вело к преодолению многих жестоких языческих обычаев и общему смягчению нравов.

В лоне религиозных учений были выношены многие общечеловеческие моральные идеи.

Христианство, например, столь возвысило личность, что провозгласило ее богоподобие и тем самым внесло в моральный мир западной культуры мощный источник гуманизма.

Принципы Нагорной проповеди по своему нравственному потенциалу и поныне остаются всечеловеческими идеалами.

Даже светский человек поддержит идею мусульманского установления «закят» об обязанности обеспеченного человека помочь неимущему.

Очевиден в исламе и морально-предупредительный смысл запрета на вино. Этот же запрет присутствует в знаменитых буддийских этических принципах. Буддийский принцип непричинения вреда ничему живому (ахимса) — предтеча формирующегося сегодня кодекса экологической морали человечества.

Религиозная мораль побуждает к милосердию и доброжелательности как естественному, добровольному и бескорыстному устремлению души.

«Всякое доброе дело, сделанное по принуждению, теряет свою награду», — замечает Иоанн Златоуст (360-407).

К совершению добра побуждает и любовь: «Без любви добра не бывает», — говорил Тихон Задонский (1725-1783).

В определяющей мере именно такие идеи обусловили столь свойственную едва ли не всем конфессиям благотворительность. Большинство верующих занимаются ею по бескорыстному моральному побуждению, во имя любви к ближнему и дальнему.

Таким образом, религиозная мораль органично содержит в себе возвышенный идейный потенциал подвижничества, который стимулирует не столько уход от мира во имя собственного спасения, сколько побуждает к высшим образцам морального самоотвержения, какие показали известные всему миру последователь индуизма М. Ганди и баптистский пастор М. Л. Кинг, тюремный лекарь Ф. П. Гааз и хирург В. Ф. Войно-Ясенецкий (архиепископ Лука), лауреаты Нобелевской премии А. Швейцер (миссионер, музыкант и врач) и монахиня мать Тереза.

Несомненно, человеколюбие этих выдающихся личностей пронизано глубочайшей религиозностью, а нравственный потенциал религии стал ведущим мотивом их подвижничества.

При этом их деятельный гуманизм надконфессионален и носит общечеловеческий характер.

Делая добро, верующий, как правило, испытывает не только чисто религиозное, но и мирское, гражданское удовлетворение.

Если же его побуждает к высоконравственному поступку один лишь «страх Божий» или расчет на собственное спасение, то это признак нарушения его внутренней моральной гармонии.

Не следует противопоставлять нравственность верующих и неверующих людей.

Исследования психологов, социологов, специалистов по этике и криминалистов свидетельствуют, что нет прямо пропорциональной зависимости между отношением человека к религии и его поведением в обществе.

Чисто формальная религиозность не удержит неустойчивую личность от аморальных поступков.

Ни одна религия и ни одна церковь не в состоянии противостоять соблазнам, греховным побуждениям, несправедливости, злобе и агрессии, которые порождены реальными противоречиями социальной жизни.

Различия в отношении к религии не должны усугублять нравственное отчуждение между людьми.

Взаимопонимание и единение верующих различных религий и неверующих — важное условие социальной гармонии и нравственного оздоровления общества.